Таинственный «Остров» балтов
Археологи нашли под Киевом уникальное захоронение, которое хотят сделать памятником национального значения. А пока защищают его от грабителей
https://day.kyiv.ua/ru/article/obschest ... rov-baltov
26 апреля
Этот проект может стать одним из крупнейших международных археологических исследований в Европе, хотя началось все почти случайно.
В сентябре 2017 года в Институт археологии НАН Украины обратился краевед Валерий Романюк. Он рассказал об ограблении некрополя между селами Пугачевка и Остров в Рокитнянском районе Киевской области, это около 70 километров от столицы («День» рассказывал эту историю в материале «Мы не знаем, как остановить этот грабеж» №206 за 16 ноября 2017 года).
На том месте еще в 1983 году нашли поселение черняховской культуры ІІІ—ІV веков нашей эры, и археологи считали, что будут работать именно с таким материалом.
«Мы очень удивились, когда оказалось, что найденные в захоронении вещи являются вовсе не черняховскими. Мы стояли над могилой и не могли понять, что это такое, так как таких вещей никогда не видели. Но вечером, когда мы связались с нашим коллегой Федором Андрощуком (доктор исторических наук, специалист по истории раннесредневековой археологии Руси и Скандинавии, сейчас работает в Швеции. — Авт.), стало понятно, что это западно-балтские вещи ХІ века, которых до этого археологи на территории Украины никогда не находили», — рассказывает Вячеслав БАРАНОВ, заместитель начальника Архитектурно-археологической экспедиции Института археологии НАН Украины.
В тот же вечер археологи решили, что на этом месте нужно проводить раскопки, через неделю туда приехала экспедиция. Ученые работают на месте некрополя целый год, даже не в сезон, иначе туда сразу приезжают «черные археологи» с металлоискателями.
Достопримечательностью с рабочим названием «Остров» заинтересовались в Центре балтийских и скандинавських исследований в немецком Шлезвиге, планируются общие исследования, поэтому в апреле немецкие специалисты приехали на место, чтобы увидеть все собственными глазами.
НАХОДКИ
До этого времени исследовано 54 захоронения, 16 апреля было найдено 55-ое. По словам Вячеслава Баранова, учитывая отдельные антропологические признаки, большинство похороненных — переселенцы первой волны.
Балтский могильник, который назвали «Остров-1», занимает террасу на правовом берегу реки Рось, напротив него расположено древнерусское городище Сухолесы. Сейчас археологи оценивают площадь некрополя приблизительно в 10 гектаров.
«Мужчины преимущественно похоронены с оружием, и чаще всего встречаются топоры. Кроме того, зафиксирован копья — скорее всего метательные. Найден один фрагмент меча, а именно — навершие. Есть элементы конской сбруи — шпоры, а также детали поясных мужских наборов и фибулы (металлические застежки. — Авт.). Часто встречаются ведра», — Вячеслав Баранов показывает слайды с фотографиями находок.
В женских захоронениях нашли присущие западным балтам украшения, например, браслеты, украшенные стилизованными изображениями животных, арбалетоподобные пластинчатые фибулы. Кроме этого есть раковины каури, разнообразные бусы, обтянутые золотой фольгой и стеклянные, скорее всего импортного происхождения, византийские. Еще среди находок — гривна. Такое шейное украшение не характерно для древнерусских жителей, но присуще западным балтам.
Также археологи нашли остатки похоронной еды, преимущественно это куриные кости, причем разных кур в одном захоронении.
ОТКУДА МОГЛИ ПРИЙТИ БАЛТЫ
По словам Вячеслава Баранова, балтский некрополь не имеет аналогов в Украине, ближайшие его аналоги — в Литве, Латвии и на юго-востоке Польши, то есть за сотни километров. Балты, чьи захоронения нашли под Киевом, могли прийти из юго-восточной или северо-восточной Польши, с территории современной Калининградской области России.
Возможно, западные балты оказались на реке Рось, так сказать, по инициативе князя Ярослава Мудрого. «До Ярослава граница проходила по современной реке Стугна, это было очень близко к Киеву. И уже при Ярославе эта граница переносится южнее почти на 70 километров, к Роси, — говорит Баранов. — Ярослав основывает город Белая Церковь, а затем, как повествует летопись, [color=#0000FF]ставит «грады по Роси» и заселяет туда переселенцев[/color], которых в каком-то смысле принуждал переезжать в Среднее Поднипровье.
Например, летопись рассказывает о польской знати, которую Ярослав захватил во время похода на их города и переселил в Поросье. Мы думаем, что в Рокитном механизм переселения балтов был похож: Ярослав их или захватил, или сделал предложение переселиться туда. В летописи не было написано о поселении балтов — только о поляках, поэтому это может быть новой страницей, скажем так, общей истории Балтии и Украины».
СЕМЕЙНЫЕ СВЯЗИ, БОЛЕЗНИ, ДИЕТА
Александра КОЗАК, антрополог, кандидат исторических наук, старший научный сотрудник Института археологии НАН Украины уже начала исследование скелетов, найденных в захоронениях. Цель — сделать демографическую реконструкцию, то есть определить возможные семейные связи, происхождение этих балтов, следы различных заболеваний, реконструировать их диету и занятия. Сейчас кости изучают морфологически, на будущее планируются анализы ДНК, изотопные анализы и т.п.
В прошлом году Александра Козак вместе с коллегами исследовала 24 захоронения, в этом году — 15. «Как раз в этом году вышло так, что мы работаем с похороненными, относительно которых можем допустить, что это — семьи. Например, похоронена женщина, а рядом с ней — ребенок около года по возрасту. И у женщины, и у ребенка на костях есть следы туберкулеза, очевидно, что они умерли одновременно», — замечает пани Александра.
Большинство похороненных на исследованном участке — молодые люди и дети, практически нет людей, старше 35 лет. Ученые определили, что мужчины являются захожими, а женщины имеют местные признаки. У похороненных нашли достаточно много заболеваний зубов — кариеса и зубного камня, а соотношение стертости задних и передних зубов указывает на то, что эти люди были земледельцами. Также они имели достаточно много инфекционных заболеваний — риниты, насморк, отиты, кроме того, туберкулез. Такое количество болезней указывает, что популяция не была адаптирована к условиям этой среды.
Обобщая, можно утверждать, что это достаточно молодая популяция, члены которой имеют между собой семейные связи. Высокое количество бытовых травм и достаточно низкий уровень адаптации характерны для мигрировавших сообществ.
ХАЙ-ТЕК ИССЛЕДОВАНИЯ
«Я работал с материалом, как тот, который мы видим в «Острове-1», более десяти лет и знаю его очень хорошо. Когда я увидел этот материал здесь, за тысячу километров от источников, где бы это должно было находиться, то очень удивился», — признается Роман ШИРОУХОВ, стипендиат Фонда Александра фон Гумбольдта, научный сотрудник Центра балтийских и скандинавских исследований, доктор исторических наук. Роман специализируется на археологии балтов и восточно-балтийского региона поздней железной эпохи.
Фибулы, найденные в могильнике «Остров-1», идентичны тем, которые находили в районе Клайпеды, это западная Литва, и на Самбийском полуострове Калининградской области.
Интересно, что большая часть — до трети — таких вещей, найденных на балтийской территории, имеет следы ношения и ремонта, а на «Острове-1» все новое. По словам Романа Широухова, это может быть дополнительным указанием на то, что речь идет о первом поколении популяции, которое не успело передать украшения потомкам, долго их поносить и т.п.
У Романа, как у опытного исследователя балтов, мы спросили, зачем в захоронениях ведра. У ингумациях (то есть захоронениях, когда тело закапывают в землю) «Острова-1» фрагменты ведер находили в ногах покойников. «Западные балты, у которых были аналогичные фибулы и т.п., в основном сжигали своих мертвых. В их захоронениях дужки от ведер находят среди сожженных костей. Есть несколько идей, зачем используются эти ведра. Во-первых, это мог быть заупокойный дар, какая-то жидкость. Вторая идея — что традиция класть ведра в захоронения пришла из Скандинавии, где их использовали, чтобы вычерпывать воду из кораблей. Но это лишь гипотеза», — акцентирует Широухов.
Немецкие специалисты могут помочь украинским с исследованием захоронений с помощью продвинутых технологий. В первую очередь речь идет о высокоточном радиоуглеродном датировании в лабораториях города Киль, который можно сделать для органических материалов, а это — текстиль, кости покойников, дерево. Плюс антропологические исследования, первой частью которых занималась Александра Козак, исследования ДНК людей, похороненных в «Острове-1», и при возможности — сравнения их с ДНК балтов из западной Литвы. Также планируется геомагнитная разведка на территории могильника и двух прилежащих городищ — Сухолесы и Бушево, ее будут проводить геофизики из Кильского университета, чтобы определить границы памятников — тогда археологи точно будут знать, где им работать.
МЕЖДУНАРОДНЫЕ ПРОЕКТЫ
В настоящий момент специалисты Института археологии создают учетную документацию по достопримечательности, чтобы передать ее в Министерство культуры. В настоящих документах учтут все культурно-археологические достопримечательности на территории «Острова».
Всеволод ИВАКИН, кандидат исторических наук, заведующий отделом археологии Киева Института археологии НАН Украины, начальник Архитектурно-археологической экспедиции института, перечисляет все эти достопримечательности:
«Здесь у нас есть эпоха бронзы, захоронения скифского периода — а это ранний железный век, VII-V века до нашей эры. Также здесь есть огромное черняховское поселение — уже более-менее исследованное, пражская и пеньковская культуры, это VI-VII века. Далее — древнерусский период, эти интересные балты и уже непосредственно древнерусское поселение. Скорее всего, эта группа существовала недолго, два поколения — не больше, о чем свидетельствуют антропологические студии. Но все это предварительно, потому что нужная статистика, а для нее — копать могильник дальше и исследовать поселение через реку. И еще не нужно отбрасывать достопримечательность казацкого периода XVII—XVIII веков».
По мнению Всеволода Ивакина, эта территория должна стать памятником национального значения, потому что такие многослойные памятники, где столько эпох собраны на нескольких десятках квадратных километров, встречаются редко.
Собственно, благодаря тому, что на этой территории находят следы стольких разных культур, можно привлекать международных специалистов. Ивакин рассказывает, что немецкие коллеги заинтересованы в том, чтобы заключить общий грантовый проект по комплексным исследованиям пока только балтского могильника. «Однако мы не можем исследовать балтский могильник вне черняховского поселения. Конечно, это потянет еще какие-то проекты», — добавляет археолог.
Уже второй год на территории памятника работает представитель Института археологии при Жешувском университете в Польше. Он приезжает со студентами, чтобы изучать фортификационные укрепления городища Сухолесы. Это сотрудничество может расширяться в исследованиях черняховской и славянских культур.
Кроме того, есть предварительные договоренности с белорусскими учеными об исследованиях славянской тематики, вероятно сотрудничество с Литвой и Латвией.
«На месте у нас есть база, рассчитанная не под один отдельный могильник, а под всю эту кучу достопримечательностей, плюс у нас есть интересный и малоисследованный фронтирный, то есть пограничный регион — все это Поросье. Все памятники там нужно исследовать, потому что мы их теряем», — подчеркивает Всеволод Ивакин.
ЗАЩИТИТЬ И ИССЛЕДОВАТЬ
«Мы очень заинтересованы в этом проекте, потому что он поднимает большое количество вопросов, — уверяет профессор Клаус фон КАРНАП-БОРНХАЙМ, директор Центра балтийских и скандинавских исследований в Шлезвиге. — Первое связано с материалом. Здесь мы имеем фибулы, оружие, украшения, очень похожие на те, которые находили в тысяче километров севернее.
Что это значит? Эти вещи происходят из балтийского региона? Существует традиционная связь между Балтийским морем и рекой Рось. Когда я рассматриваю экспозицию своего музея, посвященную эпохе викингов, вижу замечательные вещи, которые происходят из Киева, связаны с востоком Европы. Поэтому есть продолжительная традиция связей между Балтийским и Черным морем, но каждая из этих связей особая».
Чтобы получить ответы на все вопросы, в настоящий момент украинским научным работникам придется постоянно дежурить на территории некрополя балтов. «Как только мы не выходим туда работать, и даже когда наши ребята там есть — приезжают группы от одной машины до нескольких, смотрят, что происходит. С ними беседуют, и, как правило, они уезжают, они неагрессивные. Но они есть, и если там не будет нас или людей, которые скажут, что там ходить нельзя, то они будут копать, — говорит Всеволод Ивакин. — И вместо того, чтобы оказаться в музеях, чтобы стать информативной базой для международных культурных проектов, артефакты могут остаться в частных музеях. А что-то может вообще уйти за границу нелегальными путями — мы знаем, что такие практики есть».
Кстати, как рассказывал Всеволод Ивакин «Дню» два года назад, первые артефакты, которые, вероятно, происходят из могильника под Киевом, на сайтах «черных археологов» начали продавать еще в 2011 году.
Клаус фон Карнап-Борнхайм отмечает, что в Германии «черные археологи» также являются проблемой, но сильные законы, по которым разграбление памятников считается уголовным преступлением, отбивают желание у людей это делать. «Это сложная ситуация, потому что в разных землях Германии — разные законы, — продолжает руководитель Центра балтийских и скандинавских исследований. — В моем регионе (федеральная земля Шлезвиг-Гольштейн. — Авт.) создана модель с большим наказанием за незаконное использование металлоискателей».
Также археологи сотрудничают с владельцами металлоискателей, если те помогают ученым. «Например, мы предлагаем им исследовать определенную территорию — но только вместе с ученым, чтобы один человек не забрал себе ценные артефакты. Мы называем это кооперативной моделью, — объясняет Клаус фон Карнап-Борнхайм. — В нашем обществе не так интересно продавать артефакты, чтобы заработать деньги. Многие люди с металлоискателями заинтересованы в работе с учеными: они хотят узнать что-то об артефактах, хотят быть вовлеченными, быть кем-то вроде партнеров археологов. В Дании это работает несколько лет, и работает хорошо. Мы адаптировали это в своем регионе, и это тоже срабатывает, меньше уголовных преступлений с использованием металлоискателей. Но я вижу, что в России, Украине, Польше ситуация очень отличается».
Всеволод Ивакин убежден, что нужно популяризировать украинские памятники, поскольку люди знают об археологии мало, даже не всегда понимают, чем отличается официальная наука от «просто» людей с металлоискателями: для многих и те, и те собирают древности. Очевидно, что это плохо влияет как на состояние памятников, так и на репутацию археологии. Впрочем, вокруг «Острова» уже собирается группа поддержки из представителей местной власти, Минкульта, меценатов, поэтому ученый подытоживает: «Думаю, это будет нелегко, но у нас есть возможность сделать музейный и исследовательский проект, первый в своем роде в Европе».
Выпуск газеты №:
№77-78, (2019)
|
